Чингиз-хан, Александр Македонский и Генрик Сенкевич
О причинах распада империи Чингиз-хана в околоисторической литературе было принято говорить безаппеляционно. Низкий уровень культуры у монголов (читай, низкий уровень интеллекта) помешал им удержать власть над развитыми, культурными народами. Монголы с легкостью были ассимилированы. Это точка зрения пристрастная, а потому неверная. На самом деле, как водится, крах империи обусловлен множеством причин, из которых не последняя, раздоры в семействе чингизитов. Семья была большая и недружная. К слову сказать, Чингиз-хана в этом вопросе с кем-то путают. Сыновей у него было шесть, причем двое умерли в детстве. По контрасту у его брата Тэмугэ было 80 сыновей. Однако, все-таки о культуре, о том, какой удар нанесла империи культура.


Быстрое становление державы монголов было воспринято современниками как вызов, не только военный, но и в не меньшей степени, духовный. Религия Чингиз-хана – тема спекулятивная. Тем не менее Чингиз-хан не был язычником, так сказать, в чистом виде. Идея единобожия была ему не только известна, но и, без преувеличения можно сказать, близка. На печати кагана значилось: «Бог на небе – каган божья мощь на земле». Есть пленительный перевод: «.. каган – божья отвага на земле». (!) Этот бог, именно ему Чингиз-хан молился перед началом военных действий против Хорезма, не был ни Христом, ни Аллахом, ни Яхве. Сохранилось еще одно высказывание Чингиз-хана: «Почитаю равным образом Христа, Магомета, Моисея и Будду, тот, за кем правда, пусть будет моей опорой». Это высказывание дало основание предполагать, будто бы Чингиз-хан по простоте душевной и от неграмотности на всякий случай чтил любых богов. Честно, из всех дурацких измышлений вокруг Чингиз-хана, это золотая медаль. Человек может быть сколько угодно неграмотным, но уж какого бога он чтит, он обычно знает точно. Скорей похоже на то, что Чингиз-хан полагал указанные религии равноправными и равновозможными, поскольку к Богу люди идут разными путями. Монгольская империя была образцом веротерпимости. Империя монголов была образцом веротерпимости. Официальными религиями считались те, которые исповедовали проживающие в ней народы: ислам, христианство и буддизм. Однако, как ни парадоксально с позиции сегодняшнего дня это может показаться, такая веротерпимость монголов в 13 веке нравилось не всем.
И вот, ради чего, собственно, весь этот пост затеян. Есть такая книжка А.Г. Юрченко «Опыт интерпретации средневекового описания империи Чингисхана». Невзирая на пышное название речь идет об одном единственном источнике, донесении Плано Карпини, побывавшего при дворе внука Чингиз-хана Гуюка, и даже не обо всем донесении, а только о 5 главе. Это очень примечательная глава. Если в прочих главах своего сочинения Карпини при описании законов, традиций, быта монголов придерживается духа достоверности, то в 5 главе, повествующей об истории созидания монгольского государства он откровенно рассказывает сказки. Армии Чингиз-хана, в его передаче, вместо того, чтоб сражаться, с кем положено, мотаются по глухим закоулкам мироздания, где почем зря вступают в конфронтацию с песеголовыми, однорукими, одноногими людьми, терпят урон от магнитной горы и на крайнем востоке от великого шума, которое производит встающее солнце.
Чуть-чуть о таких сказках. Со времен античности сочинения, повествующие о фантастических путешествиях в отдаленные земли, о дивах и монстрах, которых можно там наблюдать, пользовались огромной популярностью. Опять же, интерес к такого рода сочинениям списывали на наивность людей того времени и слабость их знаний о мире. Ну, люди были не более наивные, чем мы. Верить в существование земель, населенных монстрами, они не верили, но такие книжки очень любили. Ничего удивительного, какое обилие литературы у нас посвящено всяческим инопланетным страшилищам. А кто в них верит, кроме Фокса Малдера? Один из любимейших на востоке героев таких сочинений является всем известный Александр Македонский, он же Искандер зуль-Карнайн. В деятельсности Александра особое внимание привлекали не его полководческие дарования и даже не победы, а дальность маршрутов. Образ Александра, художественно интерпретированный, превратился в образ путешественника, совершающего во главе армии отдаленные экспедиции (не только отдаленные, очень популярный сюжет: Александр в стеклянном сосуде спускается на морское дно, где наблюдает всяких чудищ), встречается с людьми-чудовищами и все сходит ему с рук. С собой Александр таскает умных людей, которые объясняют ему, где у чудовищ уязвимые места. Так вот рассказ о фантастических экспедициях Чингз-хана собран по образцу и подобию сочинений об Александре, но с существенной оговоркой: там, где Александр одерживает победы над монстрами, Чингиз-хан терпит поражение за поражением. Все три его армии, отправленные в три стороны света оказываются разбиты, а сам Чингиз-хан по возвращении из неудачного восточного похода убит ударом молнии. Юрченко убедительно истолковывает суть данного произведения. Единая, универсальная империя должна включить и периферийные области Ойкумены, лежащие близкие к хаосу, поэтому там и живут монстры. Такая империя не только не может существовать, но само ее существование противно воле божьей. Смерть Чингиз-хана от удара молнии – это смерть грешника. Юрченко доказывает, что мы имеем дело с политическим памфлетом в форме развлекательного сочинения, направленным против Чингиз-хана и самой идеи его государства.
А теперь, возвращаясь к началу поста. Конечно, одно-единственное антимонгольское сочинение еще не причина краха державы. Но ведь это не одно сочинение, точно также недовольны владычеством монголов и китайцы. В общем, империю нельзя создать, если люди ее не хотят. Не важно, что за народ пытается империю создать, культурный, дикий отсталый, просвещенный, империя подразумевает какое-никакое согласие. Если его нет – то привет.