Чудеса, чудеса, нет от них спасения
Очень интересный вопрос о волшебстве ВК. Можно, например, сравнить "Властелина Колец" и "Гарри Поттера". Понятно, что в ГП волшебство сродни науке. Там где-то даже открытым текстом сообщается, что у магов - волшебство, у маглов - техника и технлогия. У Толкина волшебство сродни искусству, но это не главное. Волшебство у Толкина тоже очень разное. Во-первых, доброе волшебство и злое. Для подопытного они отличаются по ощущениям. Злое волшебство отродясь никому радости не доставляло. Сразу воспоминается сцена, где Фарамир обнаруживает лодку с павшим Боромиром в пограничной реке Андуине. Фарамир, описывая свои ощущения, сказал, во-первых, что это было волшебство и, во-вторых, благое волшебство, потому что чары врага всегда вызывают страх, отвращение, а здесь он почувствовал только светлую печаль. (Правильно, плохие новости лучше узнавать под наркозом). А вот теперь посмотрим повнимательней на доброе волшебство. Оно тоже разное. Есть волшебство типа скиллов. Гномы умеют делать откровенно волшебные игрушки, эльфы в Лориене ткут плащи-хамелеоны (нызовем их так для простоты). Причем, вот что характерно. Когда хоббиты этими плащами начали восхищаться и прямо спросили не волшебные ли они, эльфы прямо ответили, что нет. "Мы просто так умеем", - сказали эльфы в переводе на человеческий язык. То есть, легко предположить, что эльфы все обладают способностью делать волшебные вещи. Эти способности можно развивать. Пошел, постажировался в Лориэне, научился делать плащи-хамелеоны с подогревом и голосовой почтой. Все понятно. Но есть и третья категория волшебства, то, что Толкин, собственно, и называл волшебством. Это волшебство класса "чудо". Зеркало Галадриэль, фиал Галадриэль, Сильмариллы - это все чудо. Потому что, вообще, что такое чудо. В рамках христианского мировосприятия чудеса творит только Господь Бог. Он исключительный источник чудес. Он может сподвигнуть создателя, тогда Феанор творит Сильмариллы, телери - свои корабли, Галадриэль - зеркало и фиал. Повторить эти чудеса не в воле создателей. Феанор не врал, когда говорил, что Сильмариллы уже не пересоздаст. И тут очень важная характеристика такого рода чудес у Толкина. В них зримо и, так сказать, осязательно воплощена частица могущетсва и благодати Эру, поэтому такие чудеса возвышают душу. Сильмариллы и фиал, это не просто склянки, которые светят и не тухнут ни при каких обстоятельствах. Они, как РэдБулл. Они окрыляют.
И, если уж речь пошла о чудесах, то надо сказать и об эльфах. Они тоже окрыляют. Эльфы не просто существа волшебные, на них как бы лежит отсвет вот того самого полновесного чуда, которое от Эру. Они сами чудо. (Ну, если взять, например, Эола, то он скорее чудо-юдо, но я сейчас не о нем.) Поэтому, например, несмотря на сказочную красоту эльфийских дев, браков между эльфами и людьми за всю историю Средиземья и Белерианда только три, а не пятьсот миллионов раз. Извините, это был поручик Ржевский, сейчас я его задушу. Чтоб влюбиться в эльфийскую деву, надо быть праведником. Во всех остальных она вот с этим божественным отблиском не вызывает такого человеческого отклика, как любовь. Еще легко заметить, что эльфы к общению с людьми вообще не стремятся, и вовсе не потому, что они такие шовинисты. Толкин был поэт, и как всякий поэт, человек со вкусом. Общение с эльфами душеспасительно. Такая возможность не может быть предоставлена к услугам всех желающих на каждом углу, как автомат с газировкой. Нужно сподобиться пообщаться с эльфом. Именно поэтому до эльфов в его произведениях очень сложно добраться и, чем круче эльф, тем сложней. В Раздол, который фунционирует, как справочное бюро, Боромир и то почти четыре месяца добирался, а Лориен и вовсе закрыт на три "кирпича".